Первая европейская конституция

Обложка печатного издания Конституции 3 мая 1791 года

Как принято считать, первой в мире подлинной конституцией стала Конституция Соединенных Штатов, принятая в 1787 году. Однако на европейском континенте пальма первенства принадлежит документу, одобренному 3 мая 1791 года на Сейме Речи Посполитой. Польская конституция, озаглавленная как «Правительственный акт», ввела четкую систему управления страной, однако не стала вверять все властные права монархии. Закон оставил за двухпалатным парламентом обширные полномочия, однако упразднил право вето, принадлежавшее членам Сейма. Отныне законы должны были приниматься большинством голосов избранных парламентариев. Тем не менее, однако, проработать польской Конституции пришлось недолго: 24 октября Россия, Пруссия и Австрийская Империя договорились о новых границах — они существование Речи Посполитой не предполагали, — а спустя месяц, 25 ноября последний польский король, Станислав II Август из рода Понятовских, сложил свои полномочия.

Принятие Конституции 3 мая 1791 года. © Ян Матэйка, 1891

Конституция 3 мая 1791 года

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Мы, Станислав Август, Божьей милостью и волей народа Король Польский, Великий Князь Литовский, Русский, Прусский, Мазовецкий, Жемайтский, Киевский, Волынский, Подольский, Подляшский, Инфлянтский, Смоленский, Северский, Черниговский и прочая, и прочая, вместе со станами, водящими в Конфедерацию и представляющими польский народ, признавая, что судьба всех нас зависит от укрепления и совершенствования польских законов, а также убедившись на собственном долгом опыте в застаревших пороках нашей системы правления и желая воспользоваться тем периодом, в котором находится Европа, и тем временем, которое вновь сделало нас самими собой, свободные от принуждения, унизильтельного чужеземного ига, ценя превыше жизни, выше личного счастья политическое существование, внешнюю независимость и внутреннюю свободу народа, судьба которого вложена в наши руки, а также желая заслужить благо­словение и благодарность ныне живущего и будущих поколений, несмотря на пре­пятствия, которые нам могут чинить наши страсти, для утверждения свободы, для спасения отечества нашего и его границ,
с величайшей твердостью духа мы прини­маем нижеследующую Конституцию и декларируем ее святой и нерушимой, до тех пор, пока народ в предусмотренный законом момент явно выраженной волей своей не признает необходимым изменить в ней какую-либо статью. Все последую­щие уставы настоящего Сейма должны во всем соответствовать этой Конституции.

I. Господствующая религия

Господствующей польской религией есть и будет святая Римская Католическая Церковь со всеми ее законами. Переход из государственной веры в какое-либо дру­гое вероисповедание запрещается под страхом наказания за вероотступничество. Но так как та же святая вера повелевает нам любить ближних наших, мы должны обеспечить государственную опеку и спо­койствие в вере для всех людей любых вероисповеданий. Поэтому мы гаранти­руем свободу религии и обрядов в поль­ских государствах в соответствии с мест­ными уставами.

II. Шляхта, землевладельцы

Чтя память предков наших, как осно­вателей свободного правления, мы торже­ственно гарантируем шляхетскому стану все свободы, вольности, прерогативы и преимущества в частной и общественной жизни. Особенно мы утверждаем, гаран­тируем и объявляем нерушимыми права, статуты и привилегии, справедливо и за­конно наделенные шляхетскому стану Казимиром Великим, Людовиком Венгерским, Владиславом Ягеллой и Витольдом, бра­том его, Великим Князем Литовским, а также Владиславом и Казимиром Ягеллончиками, братьями Альбертом, Алек­сандром и Сигизмундом Первым и Сигизмундом Августом, последним из Ягеллонского рода. Достоинство шляхетского ста­на в Польше признаем равным всем сте­пеням благородства, где-либо принятым. Признаем равными всех шляхтичей не только в отношении получения должностей и оказания услуг отечеству, приносящих честь, славу и богатство, но также в отно­шении равного пользованиями привилегиями и прерогативами, принадлежащими шля­хетскому стану, а особенно правом личной безопасности, личной свободы и правом владения земельной и движимой собствен­ностью; так как они издревле служили каждому, так мы хотим, чтобы они хра­нились впредь свято и нерушимо и тор­жественно обещаем, что не допустим ни­какого изменения или исключения в за­коне о личной собственности. Напротив, высшая государственная власть и уста­новленное, ею правительство не будет предъявлять никаких претензий к имуще­ству граждан под предлогом iurium regalium (исключительных прав Монарха. — прим. ред.) или под каким-либо другим предлогом. Лич­ную безопасность и всякую собственность, кому-либо по праву принадлежащую, мы уважаем, обеспечиваем и утверждаем как истинный стержень общественности, как основу личной свободы граждан и хотим, чтобы они были уважаемы, обеспечены и нерушимы также и в будущем. Шляхту мы считаем первейшими защитниками свободы и настоящей Конституции. Пору­чаем добродетели, чести и чувству граж­данства каждого шляхтича уважать свя­тость ее, оберегать ее прочность, как един­ственную твердыню отечества и наших свобод.

III. Города и мещане

Закон, принятый настоящим Сеймом под заглавием «Города наши Королевские, свободные в государствах Речи Посполитой», хотим полностью сохранить и безопасности ее свобод и целостности об­щего отечества.

IV. Холопы, крестьяне

Крестьянское население, в руках кото­рого находится самый щедрый источник богатства страны, которое составляет са­мую многочисленную часть населения и, следовательно, является самой могучей силой страны, по справедливости, из чув­ства человечности и христианского долга, а также учитывая наш собственный, хо­рошо понятный интерес, мы берем под покровительство закона и нашего прави­тельства, устанавливая, что отныне лю­бые свободы, дарствования или договоры, аутентично заключенные между землевла­дельцами и крестьянами, — независимо от того, касаются ли они всей громады или любого отдельного жителя этой де­ревни, — должны быть общей и взаимной обязанностью, в соответствии с точным значением условий и описаний, заключен­ных в указанных дарствованиях и дого­ворах. Такие договоры и следующие из них обязанности, добровольно принятые владельцем земли, являются обязательны­ми и для его наследников или лиц, при­обретших право на эту землю, так что они никогда не будут иметь права само­вольно их изменить. С другой стороны, крестьяне какого-либо поместья не могут уклониться от добровольно принятых договоров, дарствований и повинностей, в них оговоренных, иначе как в порядке и с условиями, предусмотренными в этих  договорах, которые обязывают их либо навечно, либо до определенного срока. Гарантировав, таким образом, землевладельцам сии доходы, полагающиеся им от крестьян, и желая всемерно поощрить рост населения страны, провозглашаем для всех людей, как вновь прибывающих, так и тех, кто сначала покинул родину, а затем пожелал вернуться назад, полную свободу, причем в такой степени, что любой человек, прибывший или вернувшийся в государство Речи Посполитой, как только ступит ногой на польскую землю, получает полное право заниматься своим трудом, как и где ему угодно, заключать договоры об оседлости, найме или аренде как угодно и на любой срок, будет свободен посе­ляться в городе или в деревне, жить в Польше или уехать в любое государ­ство, предварительно выполнив обяза­тельства, добровольно на себя принятые.

V. Правительство, или назначение публичных властей

Всякая публичная власть берет свое начало в воле народа. Следовательно, чтобы единство государства, свобода граж­дан и общественный порядок оставались вечно в равной мере нерушимы, Польское правительство должно состоять, и по воле настоящего закона всегда будет состоять, из трех (властей. — прим. ред.): законодательной власти в лице Соединенных станов, высшей исполнительной власти в лице Короля и стражи и судебной власти в лице Юрисдикций, установленных или которые должны быть установлены.

VI. Сейм, или законодательная власть

Сейм, или Соединенные станы, будут делиться на две палаты: Палату послов и Палату сенаторов под председательством Короля. Палата послов, как отражение и средоточие всевластия народа, будет святыней законодательства, поэтому прежде всего в Палате депутатов будут обсуждаться все проекты:

  1. об общих, т.е. конституционных, гражданских и уголовных законах, об установлении постоянных налогов, предложения о которых, переданные Королем для рассмотрения воеводствам, землям и поветам и приходящие в виде инструкций в Палату, должны быть рассматриваемы в первую очередь;
  2. в отношении постановлений Сейма, т.е. о временных поборах, об оценке мо­неты, об общественных долгах, нобилитации (пожалования шляхетского звания. — прим. ред.) и всех прочих случайных наградах, о разделе общественных расходов, обычных и чрезвы­чайных, о войне, мире, об окончательной ратификации договоров о союзах и тор­говле, о различных дипломатических актах и соглашениях, относящихся к правам на­родов, о квитованиях исполнительных ма­гистратур и т.п. событиях, отвечающих главным народным потребностям, т.е. в вопросах, о которых предложения от Короля должны поступать прямо в Палату послов, должна соблюдаться первоочередность при рассмотрении.

Обязанностью Палаты сенаторов, состоящей из епископов, воевод, кастелянов и министров под председательством Короля, является:

  1. в отно­шении закона, который формально про­шел в Палате послов и должен быть немедленно передан в Сенат, принять или отложить для дальнейшего народного разрешения описанным в законе большин­ством голосов. Принятие закона дает ему силу и святость. Отклонение же только отложит его до следующего очередного Сейма, на котором, если он будет принят вторично, он должен быть принят Сена­том;
  2. в отношении постановлений Сейма в вышеперечисленных вопросах, которые Палата послов должна немедленно пере­дать в Сенат, решить совместно с Палатой послов большинством голосов, причем большинство голосов на совместном заседании обеих палат будет решением и во­лей станов.

Устанавливаем, что сенаторы и министры в вопросах выполнения своих должностей в страже или в комиссии решающего голоса в сейме не имеют и во­ время обсуждения этих вопросов должны только присутствовать в Сенате для дачи объяснений по требованию Сейма.

Сейм всегда будет готовым или обычным (ор­динарным). Начинаться он должен через каждые два года и продолжаться в соот­ветствии с текстом Закона о Сеймах. Гото­вый Сейм, в экстренных случаях созван­ный, должен решать только те дела, для решения которых он созван, или дела, возникшие во время работы Сейма. Ни один закон, принятый на ординарном Сей­ме, не может быть отменен на том же Сейме.

Количественный состав Сейма будет складываться из лиц, указанных в, нижеприведенном законе, как в Палате послов, так и в Палате сенаторов.

Закон о сеймиках, принятый на настоящем Сейме, гарантируем как самый существенный принцип свободы граждан. Так как законо­дательство не может осуществляться все­ми и народ поручает это своим свободно избранным представителям, т.е. послам, настоящим устанавливаем, что послы, из­бранные на сеймиках, будучи средоточием всеобщего доверия, должны рассматри­ваться в законодательстве и во всех об­щих потребностях нации как представители всего народа. Все я везде должно решать­ся большинством голосов: поэтому liberum veto, всякого рода конфедерации и конфедератские сеймы упраздняем навсегда, как противоречащие духу настоящей Кон­ституции, как уничтожающие правление и общественность.

Предостерегая, с одной стороны, от ча­стых и резких изменений национальной Конституции, а с другой — признавая не­обходимость совершенствования после испытания в действии ее влияния на об­щественное благополучие, назначаем вре­мя и срок ее пересмотра и улучшения — каждые 25 лет. Такой Конституционный Сейм должен быть чрезвычайным в соот­ветствии с особым о нем законе.

VII. Король. Исполнительная власть

Никакое, даже самое совершенное правление не может существовать без хорошей исполнительной вла­сти. Счастье народа зависит от наличия справедливых законов, а действие законов зависит от их исполнения. Опыт показы­вает, что пренебрежение этой частью правления навлекало на Польшу много несчастий. Поэтому, гарантировав свободному польскому народу власть устанавливать для себя законы и силу надзора над всякой исполнительной властью, а также избрания чиновников и магистратур, высшую исполнительную власть мы передаем Королю и его Совету, который будет называться Стражем законов.

Исполнитель­ная власть обязана точно соблюдать и исполнять законы. Она будет действовать там, где это разрешают законы, где зако­ны требуют надзора за принудительным взысканием и даже действенной помощи. Ей всегда должны повиноваться все ма­гистратуры, и в ее руки мы вкладываем право принуждения в отношении непо­слушных и халатно относящихся к своим обязанностям магистратур.

Исполнительная власть не имеет права устанавливать или толковать законы, вво­дить под каким бы то ни было названием налоги и поборы, производить государ­ственные займы, изменять произведенное сеймом распределение государственных доходов, объявлять войну, заключать мир, а также не имеет права окончательного заключения договоров или каких-либо дипломатических актов. Она может толь­ко вести временные переговоры с ино­странными государствами, а также ре­шать временные и текущие дела, необхо­димые для спокойствия и безопасности страны, о которых должна сообщить ближайшему собранию сейма. Польский трон объявляем выборным и фамильным и хо­тим всегда иметь его таковым.

Каждый Король, вступая на трон, при­носит присягу Богу и народу хранить на­стоящую Конституцию, pacta conventa, ко­торые будут заключены с нынешним — электом Саксонским, как назначенным на трон, и которые будут обязывать его так же, как прежние. Особа Короля — священ­на и неприкосновенна. Ничего сам не предпринимающий, он не может ни за что отвечать перед народом. Он должен быть не самодержцем, а отцом и главой наро­да, и таковым его признает и декларирует настоящая Конституция. Доходы в том виде, как они описаны в pacta conventa, и прерогативы, присущие трону и на­стоящей Конституцией гарантированные будущему электу, не могут быть наруше­ны. Все общественные акты, трибуналы, суды, магистратуры, монеты, печати должны носить имя Короля. Король, которому должна быть оставлена всяче­ская власть делать добро, будет иметь право амнистии в отношении приговоренных к смерти, кроме лиц, совершивших государственное преступление (in crinibus status). Королю будет принадлежать вер­ховное право распоряжаться вооруженны­ми силами страны во время войны и на­значать командующих войсками, однако с условием возможной смены их по воле народа. Его обязанностью будет также присваивать офицерские звания, назна­чать чиновников в соответствии с текстом закона, назначать епископов и сена­торов в соответствии с текстом закона, а также министров, как первых чи­новников исполнительной власти.

Kopoлевская стража, или Рада королевская, приданная Королю для соблюдения, обеспечения и выполнения законов, будет состоять из:

  1. примаса как главы поль­ского духовенства и как председателя эдукационной комиссии (комиссия по воспитанию королевских детей. — прим. ред.), могущего быть замененным в королевской раде первым ex ordine епископом;
  2. пяти министров, т.е. министра полиции, мини­стра печати, военного министра, министра финансов, министра печати для иностран­ных дел;
  3. двух секретарей, из которых один ведает протоколом Стражи, а дру­гой — протоколом иностранных дел, оба без решающего votum.

Наслед­ник трона, придя к совершеннолетию и принеся присягу в верности Конституции, может присутствовать на всех заседаниях Рады (Стражи), но без права голоса.

Мар­шал Сейма, будучи избран на два года, будет входить в число присутствующих на заседании рады, без участия в ее реше­ниях, единственно для созыва Готового Сейма. В том случае, когда он признал бы созыв Готового Сейма настоятельно необ­ходимым, а Король воспротивился бы его созыву, Маршал обязан передать послам и сенаторам циркулярные (окульные) ли­сты, созывая их на Готовый Сейм и ука­зывая на причины его созыва.

Причины обязательного созыва Сейма могут быть только следующие:

  1. срочные обстоятель­ства, затрагивающие право народов, в особенности случаи войны с иностран­ным государством;
  2. внутренние беспо­рядки, грозящие переворотом в стране или столкновением между магистратура­ми;
  3. очевидная опасность повсеместного голода;
  4. осиротелость Отечества в ре­зультате смерти Короля или опасной его болезни.

Все резолюции будут рассматри­ваться в Раде (Страже) вышеперечисленным их составом. После того, как Король вы­слушает все мнения, его суждение долж­но быть решающим, чтобы обеспечить единство воли в исполнении закона. Хотя каждая резолюция Стражи (Рады) будет исходить от имени и за подписью Короля, она должна быть подписана одним из министров, входящих в состав Стражи, и, будучи так подписана, должна являться обязательной и должна быть исполняема либо комиссиями или какими-либо испол­нительными магистратурами, но только в тех вопросах, которые явно не исключе­ны в настоящем законе. В случае, если ни один из министров, входящих в состав Рады, не согласится подписать решения, Король откажется от этого решения, а если будет настаивать на нем, Маршал Сейма в этом случае будет просить о со­зыве Готового Сейма, и, если Король бу­дет оттягивать созыв, Маршал должен его совершить.

Король имеет право как назначения всех министров, так и выделения одного из них от каждого отдела админи­страции в состав Рады или Стражи. Выде­ление в состав Стражи производится на два года. Министры, выделенные в состав Стражи (Рады), в работе комиссий не участвуют. В случае если большинство в ⅔ обеих палат Сейма при тайном голо­совании на совместном заседании потре­бует смены министра в страже или в пра­вительстве, Король должен немедленно назначить на его место другое лицо.

Для лучшего функционирования ис­полнительной власти устанавливаем от­дельные комиссии, зависящие от Стражи и подчинен­ные Страже. Сейм будет выбирать в их состав комиссаров для ведения дел в течение срока, определенного законом. Эти комиссии следующие:

  1. эдукационная комиссия,
  2. комиссия по вопросам полиции,
  3. комиссия по вопросам армии,
  4. комиссия по вопросам финансов.

Ни­жестоящие воеводские комиссии, установ­ленные на этом Сейме и находящиеся в ведении Стражи, будут получать прика­зы от вышеупомянутых промежуточных комиссий, каждая из них от соответствую­щей ей, в зависимости от объекта их власти и обязанностей.

VIII. Судебная власть

Судебная власть не может быть осу­ществляема ни законодательными органа­ми, ни Королем. Она должна осущест­вляться магистратурами, установленными и выбираемыми специально для этой цели. Она должна быть приближена к местам с тем, чтобы каждый человек легко мог найти справедливость, а преступник всег­да видел над собой грозную руку госу­дарственного закона. Поэтому устанавли­ваем:

  1. Суды первой инстанции для каждо­го воеводства, земли и повета, судьи ко­торых будут выбираться на сеймиках то суды первой инстанции должны быть всегда бдительны и готовы обеспечить справедливость тем, кто в ней нуждается. От этих судов идут апелляции к главным трибуналам, которые должны быть во всех  провинциях и которые должны также со­стоять из лиц, избираемых на сеймиках. Эти суды как первой, так и последней ин­станции будут судами землевладельцев для шляхты и для всех владельцев земли с кем-либо in causi iuri et facti.
  2. Обеспечиваем всем городам судебные юрисдикции в соответствии с законом настоящего Сейма «О свободных королев­ских городах».
  3. Для каждой провинции утверждаем отдельные референдарские суды для рассмотрения дел свободных крестьян, како­вые дела отнесены к этим судам прежни­ми законами.
  4. Суды надворные, асессорские, реля­ционные и курляндские сохраняем.
  5. Исполнительные комиссии будут иметь суды по вопросам, касающимся их компетенции.
  6. Кроме судов по гражданским и уголовным вопросам для всех станов, должен быть еще Верховный суд, называемый Сеймовым, состав которого будет выби­раться при открытии каждого Сейма. В компетенцию этого суда будут входить дела о преступлениях против народа и государства, т.е. crimina status (государ­ственные преступления. — прим. ред.). Наказываем, что­бы специально выделенные Сеймом лица составили новый гражданский и уголовный кодекс.

IX. Регентство

Стража будет являться одновременно Регентским советом во главе с Королевой, а в случае ее болезни — примасом. Ре­гентство может иметь место только в сле­дующих трех случаях:

  1. во время мало­летства Короля;
  2. во время болезни, вы­зывающей длительное помешательство;
  3. в случае, если Король взят в плен на войне.

X. Воспитание королевских детей

(Русскоязычный текст не приводится)

XI. Вооруженные силы

Народ сам должен обеспечить себе оборону от нападения и сохранение цело­стности государства. Поэтому все граж­дане являются защитниками целостности родины и ее свобод. Армия есть не что иное, как сила, служащая для обороны и обеспечения порядка и являющаяся частью общей силы народа. Народ дол­жен содержать и уважать свою армию за то, что она посвящает себя целиком его обороне. Армия должна оберегать грани­цы государства и его спокойствие, т.е. должна быть его самым прочным щитом. Чтобы безупречно выполнить это свое на­значение, она должна постоянно находиться в подчинении исполнительной вла­сти в соответствии с законом и должна принести присягу быть верной народу, Королю и охранять национальную Конституцию. Таким образом, армия может быть использована для общей обороны страны, для охраны крепостей и границ или для помощи закону, в случаях если бы кто-нибудь воспротивился его действию.

Принятие Конституции 3 мая 1791 года. © Казимеж Войняковский, 1806

Текст документа приводится по:

Ливанцев К.Е. Польская конституция 3 мая 1791 года // Вестник Ленинградского университета. — 1958. — № 23. — С. 136–143.